Разделы новостей

  • Репортажи

  • Это интересно

  • Бизнес
  • Yellow pages

  • Магазин

  • Реклама

  • Поиск
     

    Подробно
    Сегодня
  • Программа TV

  • Погода

  • Гороскоп
  •  »  Home  »  Magazine issue  »  2007.05.15  »  Все зависит от контекста
    Все зависит от контекста
    By ?????  | Published  11/5/2010 | Unrated
    ... или путешествие туда, где в январе – июль

    Любовь Латыпова | Опубликовано 15 мая 2007 г.

    Пока я собиралась в Новую Зеландию, в голове крутилась песенка Высоцкого из "Алисы в стране чудес" об антиподах. Что, мол, ходят там все на головах и все у них "анти". И правда, какие ассоциации у нашего соотечественника могут возникнуть при чтении листовки с названием "Ваш гид на Крайний Север"? Правильно. Гулаг. НКВД. Холодные вагоны... Правда, тот, кто читал Конецкого, может еще вспомнить арктические походы и морской Мурманск с ударением на последнем слоге.

    В Новой Зеландии Крайний Север – самый теплый регион страны, и листовки с таким названием каждый из нас получил, отправляясь на экскурсию на 90-мильный океанский пляж, который на самом деле оказался 50-километровым, с огромными песчаными дюнами, с которых можно было кататься на досках, как со снежных гор... Все познается в контексте.

    Или вот, например, как совместить семейный ужин с живым симфоническим концертом? Очень просто. Раз в году (нам повезло – нынче это случилось как раз в наш приезд) Окланд собирает в специально отведенном месте огромную аудиторию на фестиваль – нет, не музыки – пива. В этом году здесь было около 200 тысяч человек. Люди сидели на траве, на принесенных раскладных стульях – большими компаниями, парами и в одиночку. Играл лучший симфонический оркестр страны, и на фоне музыки мы наблюдали совершенно волшебный закат, потом восхождение полной луны, а потом фейерверк, смешавшийся со звездами и светом уличных фонарей. И, я вам скажу, было полное ощущение фантастического праздника. Для тех, кто ожидает рекламной вставки, скажу: не было никакой навязчивой рекламы компаний-спонсоров. Никаких баннеров и щитов, разве что в антракте крутились ролики на большом экране рядом со сценой.

    А на южном острове мы встретили указатель "Президентская дорога Клинтон – Гор, 44 км". И стрелки в разных направлениях. Американцы, которым мы показали фотографию по возвращении домой, никак не могли поверить, что это не шутка и не политический трюк, а просто название двух населенных пунктов, получивших имена задолго до эпохи этих политиков.

    Антироссия – это уж точно!

    Первое "анти" появилось, когда мы вспомнили, что в этой стране машины с правым рулем двигаются по левой стороне дороги – наследство колониального присутствия Великобритании. Хорошо, муж имел подобный "колониальный" опыт, работая в Африке. Взяв в аренду машину, мы хором напоминали себе на перекрестках и поворотах: "Держись левой стороны"! То же напоминание было приклеено перед водительским сидением: туристы приезжают со всего света, и независимое путешествие на арендованном автомобиле – лучший вариант изучения страны.

    Второе "анти" возникло в аэропорту Нади на Фиджи, где мы делали пересадку. Прямо у выхода из самолета нас встретил квартет местных певцов в национальной одежде – подобие юбки из куска материи, обернутой вокруг талии, рубашки-поло с огромными цветами и цветок, небрежно заткнутый за ухо. Они сопровождали нас все время прохождения через процедуры транзита и совсем не просили денег – пели в свое удовольствие! Более того, сотрудник службы охраны аэропорта, приставленный к квартету, приплясывал и прихлопывал в такт певцам и активно приглашал пассажиров присоединиться к этому несказанному удовольствию.

    Впрочем, о приключениях на границах можно рассказывать долго. Наверняка каждый, кто хоть раз их преодолевал, может вспомнить свою историю. Сейчас мы не о том, а о "стране контрастов и антиподов" в Южном полушарии, где лето наступает тогда, когда у нас разгар зимы, и где на двух небольших островах собрано огромное природное разнообразие – от песчаных пляжей и дюн до норвежских фьордов, от тихих озер и речушек до буйного океана и водопадов, от тропического леса до термальных источников.

    Большая деревня – но какая замечательная! Но деревня.

    В Новой Зеландии 40 миллионов человек населения и 44 миллиона овец. Тем не менее баранина там не дешевле любого другого мяса, а попытки найти новозеландскую недорогую пряжу, казалось, просто не могли увенчаться успехом по определению: везде был родной Китай. Кстати, в Окланде, как и у нас, существуют китайские рынки, только работают они в воскресенье и всего до полудня. Кто не успел – тот опоздал.

    Наконец, нам подсказали, что городок под названием Эрроутаун (что можно перевести примерно как "Город-стрела") – единственное место, где можно найти пряжу. Поскольку это место было в сфере наших интересов, прямо с утра 8 Марта мы туда и двинулись... Обнаружили мы вожделенный продукт далеко не сразу, поскольку владельцы магазинчиков на центральной улице славного крохотного городка утверждали, что пряжи в городе нет, поскольку спросом она не пользуется. В конце концов мы набрели на лавочку, запрятанную где-то в боковом переулке...

    Радости моей не было конца. Радости владелицы, пожалуй, тоже, потому что в качестве подарка к покупке она приложила буклет стоимостью что-то около 6 долларов. К тому же это была возможность расспросить, что же происходит с шерстью такого количества овец, что в некоторых местах каждый день круглый год устраивают публичную стрижку в качестве аттракциона для туристов. Разгадка оказалась простой. Новая Зеландия не имеет своего промышленного производства пряжи. Раньше ее пряли вручную прямо в деревнях. Сейчас прясть некому – молодежь уезжает в города или вообще за границу, и снятую шерсть отправляют на переработку в Австралию. Или в благословенную Поднебесную. А Китай – он и в Новой Зеландии Китай.

    Сувенирная продукция тоже в основном изготовлена там же и не отличается особым вкусом, разнообразием и качеством. Но вот что достойно восхищения – так это отношения к каждой природной детали как к чему-то, что каждый просто обязан увидеть! Везде указатели, смотровые площадки, экскурсии (кстати, очень дорогие) – даже там, где взгляду, привычному к экзотике, зацепиться не за что.

    И кругом удивительно свежо и чисто, несмотря на огромное количество туристов. А еще – никто никому не мешает. Только в одном месте мы нашли надписи типа "Здесь был Вася" – несмотря на то, что в Новой Зеландии много русских.

    Русские новозеландцы

    В Окланде мы встречали некоторых из них. Мой добрый приятель, с которым мы не виделись лет двенадцать, перебрался туда из Владивостока четыре года назад. У него большой и удивительно гостеприимный дом. С сауной и бассейном, как в кино.

    Еще одна семья знакомых из Хабаровска живет там полтора года. Мы встречались с некоторыми из гостей и слушали удивительные истории, из которых все больше и больше становилось понятно, что о Новой Зеландии мы не знаем совсем ничего – кроме того, что там "вниз головой ходят".

    Первое, что мы открыли – русская община здесь довольно большая и живет сама по себе, не очень контактируя с местным населением и помогая друг другу по мере возможности. Например, жена нашего друга, женщина мудрая и уравновешенная, часами не отходит от телефона, "работая" психотерапевтом для подруг. Пока мы наслаждались путешествием, она устраивала судьбу одной из случайных знакомых – тоже через "беспроволочный телефон" русской диаспоры. Можно жить здесь годами и не знать местного английского, который весьма существенно отличается от американского и британского вариантов.

    Самыми удивительными для меня оказались истории о том, как русские женщины, оказавшиеся в трудных жизненных ситуациях, получали поддержку правительства. Поскольку друзья мои – удивительно отзывчивые люди, они принимали участие не в одной такой истории и знают их много. Большинство из этих женщин приехали к перебравшимся из России (или стран СНГ) детям, но по какой-то причине не смогли с ними жить. И правительство – здесь хочу написать очень большими буквами – ДАЕТ ИМ КВАРТИРЫ! А также другие пособия – прямо как у нас в советские времена.

    С одной из таких женщин я встречалась сама. Ее рассказ меня просто потряс. Как другие, она приехала к детям. Жилось ей с ними совсем неплохо. Она просто решила поблагодарить правительство за помощь, оказанную мужу, и отправила письмо на имя одного из политиков, заодно намекнув, что не отказалась бы от квартиры. Дело было во время предвыборной кампании... Через пару дней пришло письмо с вопросом: не согласились бы Вы жить не в новом фонде? Женщина не согласилась, предпочитая подождать. Ждать ей пришлось что-то около 10 дней...

    Лечение и основные лекарства для пенсионеров, а также диабетиков и некоторых других групп здесь бесплатно. В общем, сплошной социализм!

    Для соотечественников, привыкших героически сражаться с трудностями, здесь наступает нелегкая жизнь. Сражаться не с чем. Бытовых и политических трудностей нет, за исключением отсутствия отопления в зимнее время. По этой причине одни мои знакомые продали большой дом и купили квартиру поменьше, а другие ставят обогреватели в каждой комнате. Да, еще трудно, если не умеешь водить машину, поскольку общественного транспорта почти нет. В общем, как писал примерно через полгода жизни там наш знакомый, "самое трудное – привыкнуть к тому, что машину можно оставлять на улице и не запирать".

    Русским-то хорошо, а каково аборигенам?

    Перед концом путешествия мне в руки попалась газета со статьей представительницы маори в законодательном органе страны. Сенатор выступала за то, чтобы ограничить иммиграцию в Новую Зеландию. Политика новозеландских властей направлена на то, чтобы приглашать на постоянное жительство специалистов, которые могут быть полезны в развитии страны (так попали сюда и мои знакомые). На государственном сайте так и написано: "Если вы считаете, что можете быть полезны – подавайте заявление!" И приложен список профессий, которые приветствуются особо. Так вот, политическая деятельница от маори заявляла, что приезжающие ущемляют права аборигенов, поскольку рождаемость среди местного населения высокая и подрастающему поколению нужны профессиональные рабочие места.

    Представители маори имеют преимущества при поступлении в вузы. Они владеют территориями, развитие любого производства или ремесла на которых облагается специальным налогом. В общем, они давно уже не те близкие к природе люди, которые встречали несколько веков назад белых поселенцев. Они научились извлекать коммерческую выгоду из собственной культуры. Забавно звучит, когда в автобусной экскурсии водитель-абориген, рассказав историю всей семьи, внезапно торжественно объявляет: "А вот теперь мы подъезжаем к сакральному месту маори..." или: "Я вас научу сейчас сакральному приветствию маори"... Забавно, а иногда даже цинично – опять-таки, все зависит от контекста.

    Нам повезло, поскольку владелица гостинички посоветовала выбрать для экскурсии этническую деревню, где туристский проект начался всего пару лет назад и поток туристов не был поставлен на конвейер. Вечер с представителями древней культуры включал ужин, приготовленный в соответствии с аборигенными традициями, показ ритуалов и концерт, рассказ о значениях символов и экскурсию в темноте по природному заповеднику. Все было замечательно в меру: представление как бы "по правде", но с некоей долей иронии. Мы, мол, уважаем традиции предков, но жить так, как жили они – увольте!

    Уроки страны контрастов

    Уроков там было много, и исключительно позитивных. Каждый день мы получали подарки от жизни. Например, едем себе среди красивых, но ничем особо не примечательных гор, и тут указатель на смотровую площадку. Мы сначала пальцы веером – чего мы, мол, в горах не видели, сами живем среди них, – а потом решаем все-таки завернуть. И – о мама родная! – мы выпадаем на глубочайшее ущелье и водопады удивительной красоты, еще красивее, чем во "Властелине колец"!

    Останавливаемся в одном городке на два дня, чтобы съездить на фьорды, покупаем дорогущую экскурсию, чтобы не рулить самим по очень трудной дороге. И в день экскурсии начинается дождь. Затяжной и противный, без всякой надежды на прояснение. Муж начинает грузиться – как это, он не может сделать лучшие кадры без солнца! Однако в результате оказывается, что именно это для нас – величайшее благо: глянцевых открыток с невозможной голубизной по три доллара за штуку на каждом углу немерено, а такие драматические моменты, которые пережили мы, выпадают нечасто.

    В результате дождя на скалах фьордов образовались многочисленные водопады, они стремились вниз потоками – и не долетали до поверхности воды, потому что на середине их сдувал сильный ветер – водопады превращались в дымящиеся фонтаны, и это было потрясающе красиво! Вселенная сделала нам и другой подарок – мы все это видели, но группы, следующие за нами в отрыве на пару часов, уже не видели ничего – все заволокло густым туманом.

    Да, и еще я искупалась в водопаде (помните "Октаву" у Норбекова?). Наш катер погрузился носом в самый мощный водопад во фьорде. Угадайте с трех раз, кто был первым в числе очень немногих (среди более чем сотни пассажиров), кто нырнул в водопад? Конечно, эта ненормальная женщина. За ней полезли уже все остальные. Кстати, вода, вопреки ожиданиям, была совсем не холодной, а очень освежающей. Так что теперь я знаю реально, как происходит очищение водой.

    А еще возникла – пусть даже на час – некая общность тех, кто не испугался воды (плюс тех, кто сам не полез, но отнесся к этому с большой симпатией). Через несколько дней в Крайсчерч мы встретили пару из Англии, вместе с которыми мы были на экскурсии – так уже целовались как родные. Правда, координат друг другу так и не оставили...

    Еще было 2000-летнее дерево каури, вокруг которого суетились туристы и которому эта суета была совершенно безразлична, потому что со своей высоты (буквальной и лет) оно видело нечто такое, чего нам постичь было не дано, но к чему можно прикоснуться, если просто остановиться в беге. Такое Место Силы.

    В общем, в конце путешествия у нас вошла в привычку призказка: никогда не знаешь, где найдешь свой следующий подарок. Думаю, что именно поэтому мы и получали свои подарки каждый день.

    Но сейчас я хочу рассказать о другом уроке. Когда мы приехали на южный остров, мы толком не знали своего маршрута и не заказывали мотели заранее, что очень нервировало мужа. Он старался не останавливаться подолгу там, где я его просила. Мы даже поссорились по этому поводу. Однако когда приехали в Дунедин и обнаружили, что так будет везде по маршруту, то с помощью человека в информационном центре построили наш дальнейший путь и забронировали мотели до конца пребывания. Теперь мы могли не торопиться. Куда бы мы ни приезжали, мы натыкались на таблички "Свободных мест нет", но эти таблички были не для нас!!!

    Конечно, раннее бронирование и оплата мотелей с невозможностью вернуть деньги без потерь в чем-то ограничивали нас (например, когда мы хотели где-то задержаться подольше или место расположения мотеля нас не очень устраивало), но мы понимали, что, обретая одно, неизбежно что-то теряешь и невозможно объять необъятное – зато мы не теряли времени и энергии в поисках ночлега, а могли использовать на полную катушку то, что имели.

    Вот тогда я сформулировала для себя очень важный урок. Планирование жизни похоже на этот процесс путешествия: если ты знаешь примерный маршрут, заранее расставляешь некие вехи по пути следования (заказываешь мотели) и даже оплачиваешь их (инвестируешь энергию, знания...), то таблички "Свободных мест нет" будут просто не для нас, мы получим все, что хотим, в свое время, и приобретем даже больше гибкости Мы можем отказаться от того, что имеем, если это не устраивает нас. Отказаться от того, чего нет в наличии, невозможно...

     

    How would you rate the quality of this article?
    1 2 3 4 5
    Poor Excellent
    Tell us why you rated this way (optional):

    Send to Author Post on Site

    Comments


                                                



    © Copyright 2000-2013. New Ad Age International, INC.
    Газета "Русская Америка"